накинул не постиранный прикид дядя не ругайся ведь какая жизнь такой и вид песня

Текст песни

Накинул не постиранный прикид
Дядя не ругайся ведь какая жизнь такой и вид
Под стареньким окном седя на картах улыбнётся
Куда же наша молодёжь несётся

А вон ещё одна из дали крехтит она
Все уже нашли работу ты бездарная шпана
Голову опустил как будто Дима загрустил
Всё под контролем не сердитесь не такой один

Я б сказал бабуля — это 21 век
Но один х*й меня зашкварят и дадут в еблет
О чём ведёт куплет, что жизнь идёт у них в дали
Кто молодой ещё наверно понял что в крови

Гулянки отдыхалки по*бушки
Жизнь дона одна я понимаю вянут уши
Пока ты молодой ты сделай так чтоб ох*ели
Все кричали веселись и друг друга отымели

Жизнь как качели, то вперёд или назад
Посмотрел на небеса вижу, что за нас не рад
Пошёл бы в детский сад и вспомнил всё про всё, что было
А если так подумать на душе п*здец уныло

Где эти сопли я помню как читал те сказки
Сейчас уже не то теперь мы только ходим в маске
Закрытыми глазами смотрим, что сейчас творится
И всё же рад, что именно здесь очутился

Спасибо, что я молод.
Спасибо, что я молод.

Перевод песни

Threw not filtered
Uncle do not swear after all what life is such and view
Under the old window, the gray on the maps will smile
Where our youth is worried

And one of Dali Krechtit is
Everyone has already found the work you are a talentless Swamp
Head lowered as if Dima saddled
All under control are not angry not so one

Goules resting on * Bushshi
Don Life One I understand the ears
While you’re young you do so so oh
Everyone shouted to have fun and fucked each other

Life as a swing, then forward or back
I looked at the skies I see that for us is not happy
Would go to kindergarten and remembered everything about everything that was
And if you think so much on the soul, n * zdets

Where these snot i remember how to read those fairy tales
Now it’s not that now we only go to the mask
Closed eyes look at what is happening now
And yet glad that it was here that I found himself

Forgotten blocks of lonely
Young boy crossed roads
I look at this bitch city
And I say thank you for young

Thank you for young.
Thank you for young.

Источник

Песня Накинул Не Постиранный Прикид Дядя Не Ругайся Ведь Какая Жизнь Такой И Вид

Загрузил: Music For Music Lovers

Длительность: 8 сек

Песня Одевалась Раздевалась И За Дозу Продалась Пролетели Те Года Девочка Испортилась

Ислам Итляшев Сборник Лучших Хитов Kavkaz Box

Drummatix Фит С Бастой Хип Хоп Баттлы Шаманство Гендерная Повестка Mint Music Home

Гитарист Поёт Любую Песню На Улице Или Даёт 100 Рублей Реакция Людей В Сочи

Staffорд63 А Жизнь Пацанская

Khalif За Секунду До Весь Альбом

Подборка Танцевальных Хитов Для Самоизоляции Часть 1

Lina Lee Всё Равно Текст Lyrics

Хиты Казахские Песни 2021 Казакша Андер 2021 Хит Музыка Казакша 2021

Сборник Лучших Мелодий Наслаждайтесь Восхитительной Музыкой

Танцевальнаямузыка Лучшая Песня Июня 2021 Новая Музыка Russische Musik 2021 313

DJ Musical Profession

Клип 11 А Класса 31 05 2014

Mozart And Classic Music For Brain Моцарт И Не Только Классическая Музыка Для Мозга Для Интеллекта

Спокойная Музыка Для Снятия Стресса Relaxing Piano Music Stress Relief Music

DOZE OFF MEDUZA / STAV IT SKY

Знают Ли Школьники Песни 2000 Х

АКАДЕМИЯ ПОРЯДОЧНЫХ ПАРНЕЙ

Самое Грустное Видео В Мире Попробуй Не Заплакать Челлендж Try Not To Cry Заплакал Проиграл

Дочь Миллионера Отказалась Выходить Замуж За Бедняка И Вот Как Он Поступил

Хиты Казахские Песни 2021 Казакша Андер 2021 Хит Музыка Казакша 2021

Грустная Переписка Проверка На Верность

10 Пародий Превзошедших Оригинал

АКАДЕМИЯ ПОРЯДОЧНЫХ ПАРНЕЙ

Otabek Abdualiyev Voy Alamjon Mp3

Escape Алладин Slow

No Glory Skan Krale

Зимняя Вишня Remix Extended

Одинокая Ветка Сирени Караоке

Ретро Гнатюк Золотая Коллекция

Harder Remember Sports

Nightcore Dream Lyrics

Deontay Wilder V Tyson Fury Roundtable Both Fighters Argue Their Case

35 Herrensitzung Ausmarsch

Clash Royale So Many Legendary Cards Big Chest Opening

Deja Vu Olivia Rodrigo Doll Version The Toy Story

Dagang Pindang Burok Bintang Panorama Live Kedung Sumur 10 03 2021

Гармонист Виртуоз Михаил Коломыцев Г Тутаев

3 Key Points For Scrum Masters In The New Scrum Guide 2020 Scrummastered

Psy101 Grand Quiz Fall202 2021 100 Correct Must Watch

Come Thrift With Me Huge Try On Haul

Altai The Place Of Power

Вкусные И Очень Ленивые Пирожки С Капустой

Переправа 2 2015 Hdrip Alekssin

Abba In Bobinn Ssio X Abba Remix Mashup

Patlamaya Devam Remix Русская Версия

Песня Накинул Не Постиранный Прикид Дядя Не Ругайся Ведь Какая Жизнь Такой И Вид

Databases Translating A Query From Ms Access To Sql Server

The Frame Как Да Се Възползваш Максимално От Art Store Samsung

Mia Khalifa Hot Video Status

This Is Why You Should Not Buy A Techfit Kit

Источник

Песни пятидесятых

Эти песни звучали в моих студенческих и туристских компаниях в пятидесятых годах ХХ века. Их авторы были нам тогда неизвестны, за исключением песен нашего геофаковского поэта и моего однокурсника Валерия Нефедьева. Магнитофонов у нас ещё не было, а прославившиеся впоследствии благодаря записям исполнители этих песен были ещё детьми или вообще пока не родились. Различные варианты этих текстов можно найти в Интернете, в том числе в исполнении разных певцов. Я записал привычные мне версии, которыми дорожу как частью своей биографии. Когда я их перечитываю, в моих ушах звенят голоса моих давно ушедших товарищей. Эти песни публикуются мною на «Стихи.ру» как одно произведение, чтобы большим списком вещей, автором которых я не являюсь, не загромождать перечень моих стихотворений.

Содержание: перечень песен

Батальонный разведчик
Бензин
В далёком Риме
Гвоздь
Жора
Зануда-Сонька
«Как повезло Косому вору Ваньке…»
«Как турецкая шашка твой стан…»
Киса-мурочка
«Когда с тобой мы встретились…»
«Кто позабыл свой отчий дом…»
Отелло и Дездемона
«Пират, забудь про небеса…»
«По ночной Москве идёт девчонка…»
Река-речонка
Садик
«С деревьев листья облетели…»
Сиреневый платочек
Солдатская песня («В чистом поле…»)
Столб
«Ужасно шумно в доме дяди Зуя…»
«Шёл Джонни на свиданье…»
Электричество
«Я женщин всех обожаю…»
————————————-

Я был батальонный разведчик,
А он – писаришка штабной.
Я был за Россию ответчик,
А он спал с моею женой.

Весь путь от Москвы до Берлина
По трупам один прошагал,
А после больной в лазарете
Два долгие года лежал.
И плакали сёстры, как дети,
Ланцет у хирурга дрожал.

Сосед мой по койке, рубака,
Полковник и дважды герой,
Он плакал, уткнувшись в рубаху,
Скупою мужскою слезой.

Потом нацепил я протезы,
На Курский вокзал покатил.
Красивые крупные слёзы
Кондуктор на литер пролил.

Пролил, усмехнулся, собака,
И всё же содрал четвертак.
Задумался я и заплакал:
Ну, думаю, мать вашу так!

Когда я домой воротился,
Жену свою стал целовать.
Я телом жены наслаждался,
Протез положил под кровать.

Проклятый осколок железа
Натёр мне пузырь мочевой.
Полез под кровать за протезом,
А там – писаришка штабной.

Я бил его в белые груди,
Срывая с него ордена.
Ой, добрые русские люди!
Родимая мать-сторона!

Ой, Клава, родимая Клава!
Ужели тебе всё равно,
Что ты променяла, шалава,
Орла на такое б`рахло!

Орла и красавца мужчину!
Я жрать бы с ним рядом не сел!
Хлестал я по роже скотину
Настолько, что даже вспотел.

Геройское сердце зашлося,
И, бивши его, я упал,
А после больной в лазарете
Два долгие года лежал.
И плакали сёстры, как дети,
Ланцет у хирурга дрожал.
——————————

В современном нашем мире
много есть чудес,
в современном нашем мире
совершён прогресс:
нам в руки дан
аэроплан.

В самолёте гражданин
облетит всех нас,
когда бензина у него
достаточен запас.

Когда ж запас
бензина маловат,
тогда нам бес-
полезен аппарат;
тогда любой пилот
не совершит полёт,
как ни старайся,
без бензина не пойдёт.

Парень девушку любил,
дело шло к венцу,
но однажды заявил
он так её отцу:
«Дашь тысяч пять,
и буду зять».

Старикашка загрустил,
взял себя за грудь:
«Что мне делать, как мне быть,
денег где добыть?»
На камень сел
и так запел:

Старикашка мужем стал
девицы молодой,
её он крепко целовал,
хотя весь был седой.
Но под старость заиметь
потомство захотел,
а его всё нет и нет,
как он ни потел.
Тогда жена ему в ответ:

В далёком Риме
Давно уж спят,
А в шумном баре
Огни горят.
Там развлекаются,
Там наслаждаются,
Танцуют модные фокстроты и танго`.

Один лишь мальчик
В углу сидит,
Его Жанетта
С другим кутит.
Она приветлива
И пьёт кокетливо,
А он о ней, о ней, о ней, о ней грустит.

Зовёт Жанетту
Он на фокстрот,
Жанетта ручку
Ему даёт.
Она танцует,
Его волнует,
И на мотив фокстрота песенку поёт.

«Мой милый мальчик,
Ты не грусти,
Свою Жанетту
Ты не люби.
Ведь там, где женщины,
И там, где пьют вино,
Любовь там продана и пропита давно».
——————————————

Автор слов и музыки – Валерий Нефедьев

Помнишь, помнишь ли ты, как всё это начиналось,
Помнишь, помнишь ли ты, как всё это началось?
Помнишь дерево большое под названием «чинара»
И на росте человеческом огромный ржавый гвоздь.

Я к нему подошёл и за шляпку его взялся,
Я к нему подошёл и за шляпку его взял,
И, подумав о чём-то, очень дико рассмеялся,
И тогда ты сказала, что этого нельзя.

Я умолк, потому, что я очень удивился,
И решил про себя, что не стоит на авось,
И на этом гвозде деловито удавился,
И с тех пор ты не можешь смотреть на этот гвоздь.
———————————————————-

Я с детства был испорченный ребёнок,
На папу и на маму не похож,
Я женщин обожал ещё с пелёнок.
Эх! Жора, подержи мой макинтош!

Я был ценитель чистого искусства,
Которого теперь уж не найдёшь,
Во мне горят изысканные чувства.
Эх! Жора, подержи мой макинтош!

Мне Киев дорог и Одесса-мама,
Когда ж гастроли в Питере даёшь,
Небрежно укротишь любого хама.
Эх! Жора, подержи мой макинтош!

Пусть обо мне в газетах не напишут.
Когда по Дерибасовской идёшь,
Снимают урки шляпы, чуть заслышав:
«Эх! Жора, подержи мой макинтош!»
Давно я, братцы, женщины не видел.
А чем же я мужчина не хорош?
А если меня кто-нибудь обидит…
Эх! Жора, подержи мой макинтош!
——————————————

Дайте мне песен.
Дайте мне песен…

Мадам! Разве так поют песни бандиты? Вы хочете песен? Их есть у меня. Маэстро, та-та!

Зануда Сонька, что ты задаё-уо-уошься,
Подлец я буду, я тебя узнал (дыва-дыва).
Я знаю всех, кому ты отдаё-уо-уошься,
Косой мне всё по пьянке рассказал.

Зачем Зануде жёлтые боти-уи-уинки,
Шелка и крепдешины покупал (дыва-дыва)?
Менял портки на ленты и рези-уи-уинки
И всё тебе, Зануда, угождал.

Шпана вся надо мной теперь смеё-уо-уотся,
И фраером считают все меня (дыва-дыва).
Косой семь раз на день со мной дерё-уо-уотся,
И всё, подлючий род, через тебя.

Вернись, Зануда, мы с тобой пола-уа-уадим,
Косой не будет больше боговать (дыва-дыва).
Малину тебе новую поста-уа-уавим,
Моё лишь ты бельишко постирай.

А если ты, Зануда, не верне-уо-уошься,
Пеняй, подлючий род, ты на себя (дыва-дыва).
Ты знаешь, если Филька разойдё-уо-уотся,
Пойдёт он всех ножом полосовать.

Вот, мадам, так поют песни бандиты.

Боговать – здесь, вероятно, в значении «ругаться, проклинать» и, более широко, «поднимать хай», «скандалить». Слово того же корня, что и «божиться», и могло возникнуть в связи с обычаем упоминать бога в ругательствах.
Малина – квартира.
Выстирать мужчине бельё равносильно признанию себя его «женой» де-факто.
————————————————

Как повезло Косому вору Ваньке,
Обворовал он выгодно Толчок,
Открыл пивную в центре Молдаванки,
Там собирался весь скачок.

П р и п е в : Алёша жарил на баяне,
Шумел-гремел посудою шалман,
В табачном дыме, как в утреннем тумане,
Пел песни старый одесский шарлатан.

А Сёма Рыжий примостился у прилавка,
Там выдавал он блюдами обед,
На кухне жарила его шалава Клавка,
Официантом был Иозеф Швед.

В дверях стояла моцная фигура,
То вышибала Жора Геморрой,
А если ты затеешь оцем-поцем,
То вылетай, душа с тебя долой!

Зануда Сонька, ну что ты задаёшься,
Подлец я буду, я тебя узнал!
Я знаю всех, кому ты отдаёшься,
Мне Сёма Рыжий рассказал.

Ты говоришь, тебе полтины мало,
Но полтора тебе никто не даст,
Всё оттого, что криво ты лежала
И я никак не мог туда попасть.

Слегка искажённое фольклором стихотворение Саши Чёрного «Тифлисская песня»

Как турецкая шашка твой стан,
Рот – рубин раскалённый.
Если б был я турецкий султан,
Я бы взял тебя в жёны.

В косы жемчуг тебе бы я вплёл:
Пусть завидуют люди.
Своё сердце тебе б преподнёс
На эмалевом блюде.

Под чинарой на мягком ковре
Мы играли бы в прятки.
Я, накрывшись лиловой чадрой,
Щекотал тебе пятки.

Ты склонила головку, молчишь,
Пальцем трёшь штукатурку,
А сама потихоньку, как мышь (кыш-мыш!)
Ночью бегаешь к турку.

Он проклятый турецкий шайтан,
Он нахал и невежа.
Третий день я точу свой кинжал (вжик-вжик!),
На четвёртый зарежу.

Изрублю его в мелкий шашлык,
Кабардинцу дам шпоры
И, надвинув на брови башлык,
Я умчу тебя в горы.
——————————-

Жила на свете Киса-Мурочка,
И жил на свете Васька-Кот,
И часто-часто Киса-Мурочка
Сидела долго у ворот.

А Васька-Кот, мур-мур-мур-мур,
Из под ворот, мур-мур-мур-мур,
Залез на бочку скипидарную
И, изогнув дугою хвост,
Повёл такую речь коварную.

«О, Киса, Киса, Киса-Мурочка.
Ты божество, ты мой кумир.
Давай забудем, Киса-Мурочка,
В одно мгновенье целый мир».

Когда бы знала Киса-Мурочка,
На что способен Васька-Кот,
Тогда б не стала Киса-Мурочка
Сидеть так долго у ворот.
———————————

Когда с тобой мы встретились, черёмуха цвела
И в парке тихо музыка играла.
А было мне тогда годков неполных двадцать два,
Но дел уже наделал я немало.

Лепил я скок за скоком, а на утро для тебя
Бросал хрусты налево и направо.
А ты меня любила и часто говорила:
«Житьё блатное хуже, чем отрава».

Но дни короче стали, и птицы улетали
Туда, где только солнышко смеётся.
А с ними моё счастье улетело навсегда,
И понял я: оно уж не вернётся.

Я помню, как со шпаком ты стояла на скверу.
Он был бухой. Обняв тебя рукою,
Тянулся целоваться, просил тебя отдаться,
А ты в ответ кивала головою.

Во мне всё помутилось и сердце так забилось,
И я, как этот фраер, зашатался.
Не помню, как в кабак попал и там кутил и водку пил
И пьяными слезами заливался.

Однажды как-то ночью я встал вам на пути.
Узнав меня, ты сильно побледнела.
Его я попросил в сторонку отойти,
И сталь ножа зловеще заблестела.

Потом я только помню, как мелькали фонари
И мусора в саду кругом свистели.
Всю ночь я прошатался у причалов до зари,
А в спину мне глаза твои глядели.

Любовь свою короткую хотел залить я водкою
И воровать боялся, как ни странно,
Но влип в исторью глупую и как-то опергруппою
Я взят был на бану у ресторана.

Сидел я в тихознайке, ждал от силы пятерик,
Когда внезапно вскрылось это дело.
Зашёл ко мне Шапиро, мой защитничек, старик,
Сказал: «Не миновать тебе расстрела».

Потом меня постригли, костюмчик унесли,
На мне теперь тюремная одежда.
Квадратик неба синего и звёздочка вдали
Сверкают мне, как слабая надежда.

А завтра мне прочтётся мой последний приговор.
Мы снова, дескать, встретились с тобою.
А утром поведут меня на наш тюремный двор
И там глаза навеки я закрою.

«Лепил я скок за скоком» – совершал грабежи один за другим.
Хрусты – деньги.
Блатное – здесь: воровское.
Шпак – человек, не принадлежащий миру уголовников; то же, что фраер.
Фраер – (из идиша, от нем. яз.) человек, не принадлежащий миру уголовников; то же, что шпак.
Бухой – пьяный.
Мусор – милиционер (до 1917 г. полицейский).
Бан – (из идиша, от нем. яз.) железнодорожный вокзал.
—————————————

Кто позабыл свой отчий дом,
Тем запах пороха знаком,
Тот бьёт без промаха клинком
В порыве жаркой схватки.
Святая Дева, крепкий ром,
Святая Дева, крепкий ром,
Святая Дева, крепкий ром
И пёстрые заплатки.
Святая Дева, крепкий ром,
Святая Дева, крепкий ром,
Святая Дева, крепкий ром
И пёстрые заплатки.

Кто бросил любящих невест
И третий месяц рыбу ест,
Чьи лица жжёт проклятый вест,
Во рту по пуду соли.
Святая Дева, Южный Крест [трижды]
И твёрдые мозоли [дважды].

Пусть ночь проглотит слабый крик,
Набег – не шутка, не пикник.
Ты называть себя привык
Собратом вольной касты.
Святая Дева, стройный бриг [3]
И звонкие пиастры [2].

Мир праху, одноглазый пёс!
Мы молча выпьем этот тост,
Тебя сразил жестокий пост
И яростная битва.
Святая Дева, серый холст [3],
И тихая молитва [2].
Созвездья в небе – наш маяк,
К чему компас нам или лаг?
Сердца отчаянных бродяг
Ведёт чужое горе.
Святая Дева, чёрный флаг [3]
И пенистое море [2].
————————————-

ОТЕЛЛО И ДЕЗДЕМОНА

Арап Отелло был героем,
Он Дездемону полюбил.
Не раз вечернею порою
Он ей, волнуясь, говорил:

«Поверь, я жду нетерпеливо,
Ты это скажешь всё отцу.
Тогда свободно и счастливо
С молитвой мы пойдём к венцу.

Я жду, но я готов взбеситься,
Я в положении таком,
Что если он не согласится,
Я увезу тебя тайком».

Шли дни и ночи монотонно,
И вот в одну такую ночь
Увёз Отелло Дездемону,
Увёз сенаторскую дочь.

Отец был зол, но он согласье
На этот брак решился дать.
И вот они вкусили счастье,
Настала божья благодать.

Служил при мавре злой бродяга,
Завистник выше всяких мер,
Душой подлец, прозваньем Яго,
А чином младший офицер.

Он убедил его умело,
Что неверна ему жена,
И в сердце бедного Отелло
Была обида зажжена.

Бежит Отелло в исступленьи
Среди вечерней темноты,
Забыл он чудное мгновенье,
Забыл он милые черты.

Зачем ему златые горы
И реки, полные вина,
Когда лишился он опоры,
Ему супруга не верна.

Потом погиб он с нею вместе,
Кинжалом кончив сам с собой.
Погиб, погиб невольник чести,
Поникнув гордой головой.

Примечание. У этой песни шире распространены более вульгарные варианты, в которых рассказывается, как дездемонин папа запивал водкой голландский сыр, каким он был расистом:

В конце песни Отелло «задушил жену как вошь». В заключение даётся рекомендация девушкам: «И никому не доверяйте / Своих платочков соплевых».
—————————————————-

Автор слов и музыки – Валерий Нефедьев

По ночной Москве идёт девчонка,
Каблучками цок, цок, цок.
Вдруг откуда ни возьмись сторонкой
Незнакомый паренёк.

Он ей говорит со знаньем дела:
«Виноват, который час?»
А она ему на это смело:
«Два двенадцать сорок шесть».

Он ей: «Что-то я, пардон, не понял,
Что такое сорок шесть?»
А она: «Да это ж телефон мой;
Господи, какой балда!

Позвоните, попросите Асю,
Это буду лично я.
Ну, а вас зовут, я вижу, Вася:
Вот и познакомились».

Парень осмелел: «А вы поэтов
Любите ли вы стихи?»
А она ему в ответ на это:
«Евтушенко – мой дружок».

Он ей говорит: «Тогда, простите,
Может быть, мы в ресторан?»
А она: «Вы завтра позвоните,
А сейчас меня ждёт муж».
————————————

Вдоль по речке, речке утки плавают,
Мы живём на разных берегах.
Прихожу к тебе, девчонка славная,
А стою в пятнадцати шагах.

Река-речонка, славная девчонка,
Я прихожу к тебе издалека,
А утки «Кря-кря-кря!»,
Кричали «Зря-зря-зря
Приходишь, парень, ты сюда!»

Ой ты речка, речка серебристая,
Пролегла ты на моём пути.
Как бы через речку мостик выстроить
Или брод какой-нибудь найти!

Примечание. Это, очевидно, не вся песня, есть другие куплеты и варианты. Песня достаточно известная, я её люблю, но в моих комментариях она не нуждается.
——————————————-

Хор: Тихонько дремлет сад заброшенный, да; заброшенный, да; заброшенный, да.
Давно там травушка не скошена, да; не скошена, да; не скошена, да.

Он: Милая, в садик с тобою пойдём,
В садике этом мы будем вдвоём!

Хор: Тихонько дремлет…

Она: Милый мой, в садик идти я боюсь,
Ты погоди-ка, я мамы спрошусь.

Хор: Тихонько дремлет…

Он: Милая, мама была молода,
Шлялась ночами сама по садам!

Хор: Тихонько дремлет…

Она: Милый мой, в садике страшно гулять,
Можно в траве что-нибудь потерять.

Хор: Тихонько дремлет…

Он: Милая, в травке пошарим вдвоём.
Может быть, что-нибудь даже найдём!

Хор: Тихонько дремлет…

Она: Милый мой, ах! спорить нет больше сил.
Кажется, ах! ты меня убедил.

С ДЕРЕВЬЕВ ЛИСТЬЯ ОБЛЕТЕЛИ

С деревьев листья облетели,
Наверно осень подошла.
Ребят всех в армию забрали,
Настала очередь моя.

И вот приходит мне повестка
Явиться в райвоенкомат.
Меня начальство осмотрело,
И доктор «годен» мне сказал.

Пришёл домой. Родные дома.
Отец стал спрашивать меня.
А мой ответ короток, ясен:
«К военной службе годен я».

Мамаша в обморок упала,
Сестра сметану пролила.
«А ты не плачь, родная мама!
Сестра, сметану подбери!»

Ты помнишь, милка дорогая,
Как провожала ты меня.
Как провожала, руку жала,
Когда в вагон садился я.

Я сел в вагон, перекрестился,
Гудок три раза просвистел,
И я, молоденький парнишка,
На фронт германский полетел.

Я прилетел на фронт германский,
Там нет лесов, одни поля.
Над нами небо голубое,
Под нами чёрная земля.

Я не успел расположиться,
Кричит начальник номер два:
«Вставай, ребята-новобранцы,
Кровавый бой уж начался!»

Кровавый бой уж разгорался
И кровь мешалася с землёй,
А я, молоденький мальчонка,
Лежал с оторванной ногой.

Ко мне подходит санитарка:
«Давай, брат, рану пер`вяжу
И в санитарную машину
Тебя с собою положу.

Мой однокурсник Виктор Тихомиров уверял, что эту песню он записал со слов натурального деревенского слепого Ваньки в селе Никольское-Гагарино Рузского района Московской области, где его отец был директором устроенного в княжеском дворце дома отдыха (впоследствии, а может быть и сегодня, там психбольница). В пользу гипотезы о народном (крестьянском) происхождении песни (в отличие от явно придуманного городским интеллигентом «Батальонного разведчика») говорят: 1) почти полное отсутствие рифмы; 2) обилие фольклорных языковых штампов с постоянными эпитетами: родная мама, милка дорогая, небо голубое, чёрная земля, кровавый бой, молоденький мальчонка; 3) удивление ландшафтом: «Там нет лесов, одни поля». В самом деле, что ещё больше могло удивить жителя Западного Подмосковья, попавшего на театр военных действий в Польше или Восточной Пруссии! Но почему туда? Да потому, что 4) выражение «фронт германский», не типичное для Великой отечественной войны 1941 – 1945 гг. (я в то время не только жил, но и читал газеты ежедневно!), несмотря на упоминание военкомата – советского призывного пункта, отсылает нас к Первой мировой войне.
Песня «С деревьев листья облетели», как никакая другая, обросла добавлениями в студенческом стиле.

Мамаша в обморок упала (с печки на пол).

Ко мне подходит санитарка (звать Тамарка).

И в санитарную машину (студебекер)…

Но ярче всего «деревенский колорит», знакомый студентам по частым поездкам на уборку картошки и капусты, выразился в самой известной добавочной строфе.

Бежала по полю Аксинья (юбка синя)
В больших керзовых сапогах.
За нею гнался Афанасий (восемь на семь)
С большим спидометром в руках.

Прибор мог быть и иным, лишь бы укладывался в стихотворный размер, например, психрометром, что ещё больше усугубляло абсурдность картины.
————————————————

Расцвела сирень в моём садочке,
Ты пришла в сиреневом платочке,
Ты пришла, и я пришёл,
И тебе, и мене хорошо!

Я тебя в сиреневом садочке
Целовал в сиреневые щёчки,
Тучка шла и дождик шёл,
И тебе, и мене хорошо!

Отцвела сирень в моём садочке,
Ты ушла в сиреневом платочке,
Ты ушла, и я ушёл,
И тебе, и мене хорошо!

Расцвела сирень в садочке снова,
Ты нашла, нашла себе другого,
Ты нашла, и я нашёл,
И тебе, и мене хорошо!

Песню «Сиреневый платочек» я впервые услышал в «стационарном походе» (палаточной ночевке) в Тишково, на берегу Пестовского водохранилища, с геофаковской молодёжью, в какое-то нетёплое время года. Говорят, что её привезли из Северного Казахстана. Из Тишково мы возвращались в Москву на теплоходе. Станции метро «Речной вокзал» ещё не было, а расставаться сразу и рассаживаться по троллейбусам нам не хотелось, и мы все с этой песней маршировали 6 км до станции метро «Сокол», тогда конечной на Горьковско-Замоскворецкой (зелёной) линии. Мы шли очень быстро, а за нами с умоляющим видом бежал некий советский композитор, записывая «рыбу». Через год – другой эта песня появилась в кинофильме «А если это любовь?» (1961).

Слова и музыка Валерия Нефедьева

В чистом поле, поле, девушки поют [3 раза],
Нам с ноги сбиваться не дают.
В чистом поле, поле девушки поют,
Нам с ноги сбиваться не дают.

В чистом поле, поле девушки стоят
И про нас неправду говорят.

В чистом поле, поле девушки идут,
Прямиком идут на наш редут.

Офицеры в поле строят нас в каре:
«Ну-ка, братцы, грянем «кукаре!»

В чистом поле, поле девушки лежат,
Наш редут уснувший сторожат.

Слова Валерия Нефедьева
Мелодия песни «С деревьев листья облетели»

Пол`вых сношений не имею
Уже без малого пять лет.
Не потому, что не умею,
А потому, что «его» нет.

Я извинюсь за выраженье,
Как знать, откуда быть беде?
На столб с высоким напряженьем
Сходил по маленькой нужде.

С овчинку небо показалось,
Прут искры вдоль и поперёк,
И, чёрт возьми, какая жалость,
«Он» превратился в уголёк.

Пришёл домой, супруга в слёзы,
«Куда девать мене тебя?
В моей душе увяли розы,
С тобою искренне скорбя.

С тобой скорблю я, потому что
Не ублажишь меня ты уж.
Отныне мне уже не муж ты.
Какой уж, к чёрту, ты мне муж?»

В больнице долго провалялся,
В постели белой, как в снегу.
Когда-то я совокуплялся,
Теперь, простите, не могу.
——————————

Ужасно шумно в доме дяди Зуя,
С утра уже толпится там народ.
За Ваську Скобаря, буржуя,
Он дочь Маруську выдаёт.

Маруська – баба в теле, при фигуре,
Ну, словом, девка – лакомый кусок,
Сидела в шёлковом ажуре,
Взопревши с головы до ног.

С пяти часов стекаться гости стали,
Стал воздух тяжелее топора.
Пришли с Заикалки две крали
И с Молдаванки два вора.

Как вдруг пацан, толпу перебивая,
Вбежал, крича «Раздайся, кто куда!
Маруська Зыкова, Косая,
Идёт с агентом Губчека!»

Все гости, как сидели, обалдели,
А дядя Зуй совсем остолбенел.
Сидел он в шёлковом ажуре
И стал вдруг бледен словно мел.
—————————————-

П р и п е в : Всё в жизни – случай,
Себя не мучай,
Удар тяжёл – держись прямей
И говори всегда судьбе своей:
«Поборемся, ну что ж, о кей!»

Сегодня ты судьбою с ринга сбит,
Но ты, мой друг, не будь так прост,
И если счастье мимо пролетит,
То ты его лови за хвост.

Нам электричество ночную тьму развеет,
Нам электричество и вспашет, и посеет,
Нам электричество заменит всякий труд,
Нажал на кнопку, чик-чирик, и всё готово вдруг.

Приходишь ты в пивную, там всё на электричестве,
Нажал на кнопку, чик, вино в любом количестве,
Нажал на кнопку, чик, сосиски с колбасой,
Нажал на кнопку, чик-чирик, и ты уже косой.

Нам электричество… [и т.д.]

Не будет стариков, мы все омолодимся,
Не будет пап и мам, мы будем так родиться.
Не будет акушерок, докторов, профессоров –
Нажал на кнопку,чик-чирик, и человек готов.

Нам электричество… [и т.д.]

Я женщин всех обожаю,
Им поклоняться готов.
Лишь только даму встречаю,
Готов влюбиться без слов.

Но стоит мне лишь женский взгляд поймать,
Иль даже только пару слов сказать, –
Я как мальчишка теряюсь
И начинаю дрожать.

Я так застенчив, мадам,
Что краснею всегда.
Я так застенчив, мадам,
Что горю от стыда.
При виде женщин, мадам,
Откровенно скажу,
Я так робею, мадам,
Что весь дрожу.

Я так застенчив, мадам,
Это мой тяжкий грех.
Я так застенчив, мадам,
Что порой слышу смех.

Не знаю, как мне быть,
Как можно горю помочь.
Я так застенчив, мадам,
Что жить не в мочь.
———————————

Составляя этот сборник, я прослушал некоторые песни в Интернете и пришёл к следующим выводам.
1. У многих песен мелодии изменились до такой степени, что стали для меня неприемлемыми, они меня не радуют. В наше время они были более энергичными и маршеобразными.
2. Современные исполнители, не понимая многих слов, заменяют их своими. Например, в песне «Когда с тобой мы встретились…» поют «цветы» вместо «хрусты» и «на балу» вместо «на бану». Впрочем, и в «Тифлисской песне» Саши Чёрного народ до меня убрал непонятного «мединского шакала», так что это процесс естественный.
3. Версии песен неизвестных авторов размножаются всё быстрее и уже нет смысла искать какой-то правильный, аутентичный текст. Позитивного естественного отбора нет, а имеет место, наоборот, засорение некрасивыми, грубыми, хулиганскими версиями, поэтому исполнитель имеет «моральное право» перерабатывать песню для себя.
Как и многие молодые люди моей докомпьютерной эпохи, я коллекционировал песни и мечтал составить свои сборники. В недрах моего архива лежит толстая синяя тетрадь, в которой несколько сот заглавий песен или их первых строк сгруппированы по разделам. Но теперь мне уже тяжело двигать ящики с бумагами и, при моей болезни лёгких, мучительно дышать пылью. Но какие-то из моих записей могут пригодиться. Так, когда пришло время восстанавливать песню «Глобус» («Я не знаю, где встретиться / Нам придётся с тобой…»), то ко мне обратилась некая Люба Кузнецова из издательства «Московский рабочий», и я им представил свой вариант. Они его использовали, но авторов не нашли. Написали: «Слова и музыка народные». (Пой песню, пой! Сборник песен. – М., изд-во «Моск. рабочий», 1961, с. 97 – 98, тираж 200 000).

Подготовлено для «Стихи.ру» 21 сентября 2017 г.

Источник

Adblock
detector